• Приглашаем посетить наш сайт
    Батюшков (batyushkov.lit-info.ru)
  • Cлово "ПОСЛЕДНИЙ"


    А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
    0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W Y Z
    Поиск  

    Варианты слова: ПОСЛЕДНИЕ, ПОСЛЕДНЕЕ, ПОСЛЕДНИХ, ПОСЛЕДНЕЙ

    1. Рассказ о самом главном
    Входимость: 29. Размер: 69кб.
    2. Герберт Уэллс
    Входимость: 23. Размер: 86кб.
    3. Воспоминания о Блоке
    Входимость: 17. Размер: 31кб.
    4. Новая русская проза
    Входимость: 14. Размер: 35кб.
    5. О литературе, революции, энтропии и прочем
    Входимость: 14. Размер: 19кб.
    6. Пещера
    Входимость: 13. Размер: 28кб.
    7. Роберт Майер
    Входимость: 13. Размер: 84кб.
    8. Роман "Мы". Запись 30-я
    Входимость: 12. Размер: 7кб.
    9. О том, как исцелен был инок Еразм (Чудеса)
    Входимость: 11. Размер: 26кб.
    10. Огни св. Доминика
    Входимость: 11. Размер: 89кб.
    11. Воронский А. К.: Литературные силуэты. Евг. Замятин.
    Входимость: 10. Размер: 57кб.
    12. Москва - Петербург
    Входимость: 10. Размер: 64кб.
    13. О синтетизме
    Входимость: 9. Размер: 23кб.
    14. Ричард Бринсли Шеридан
    Входимость: 9. Размер: 25кб.
    15. Наброски к рассказам
    Входимость: 9. Размер: 59кб.
    16. Ремизов Алексей: Стоять - негасимую свечу
    Входимость: 8. Размер: 18кб.
    17. Михайлов О. Н.: Гроссмейстер литературы
    Входимость: 8. Размер: 69кб.
    18. Русская литература
    Входимость: 8. Размер: 37кб.
    19. Лекции по технике художественной прозы. Очерк новейшей русской литературы
    Входимость: 7. Размер: 46кб.
    20. Блокноты. Часть 15
    Входимость: 7. Размер: 98кб.
    21. Дубы. Наброски к роману
    Входимость: 7. Размер: 116кб.
    22. Киносценарий. Мазепа
    Входимость: 7. Размер: 37кб.
    23. История одного города
    Входимость: 7. Размер: 102кб.
    24. О сегодняшнем и о современном
    Входимость: 7. Размер: 36кб.
    25. Современный русский театр
    Входимость: 7. Размер: 47кб.
    26. Киносценарий. Пиковая дама
    Входимость: 7. Размер: 37кб.
    27. Один
    Входимость: 6. Размер: 70кб.
    28. Лекции по технике художественной прозы. О сюжете и фабуле
    Входимость: 6. Размер: 30кб.
    29. Роман "Мы". Запись 31-я
    Входимость: 6. Размер: 13кб.
    30. Землемер
    Входимость: 6. Размер: 30кб.
    31. Блокноты. Часть 5
    Входимость: 6. Размер: 19кб.
    32. Блокноты. Часть 13
    Входимость: 6. Размер: 70кб.
    33. Атилла
    Входимость: 6. Размер: 113кб.
    34. Закулисы
    Входимость: 6. Размер: 38кб.
    35. Киносценарий. Война и мир
    Входимость: 6. Размер: 33кб.
    36. Оруэлл Джордж: Рецензия на "Мы" Е. И. Замятина
    Входимость: 6. Размер: 12кб.
    37. Африканский гость
    Входимость: 6. Размер: 103кб.
    38. А. П. Чехов
    Входимость: 6. Размер: 47кб.
    39. Чехов
    Входимость: 6. Размер: 17кб.
    40. Речь на вечере памяти А. А. Блока
    Входимость: 5. Размер: 5кб.
    41. Киносценарий. Подземелье Гунтона
    Входимость: 5. Размер: 33кб.
    42. Краткая история "Всемирной литературы" от основания и до сего дня
    Входимость: 5. Размер: 45кб.
    43. Общество почетных звонарей
    Входимость: 5. Размер: 120кб.
    44. Три дня
    Входимость: 5. Размер: 48кб.
    45. Роман "Мы". Запись 28-я
    Входимость: 5. Размер: 14кб.
    46. Анненков Юрий: Евгений Замятин
    Входимость: 5. Размер: 92кб.
    47. Колумб
    Входимость: 5. Размер: 50кб.
    48. Театральные параллели
    Входимость: 5. Размер: 13кб.
    49. Наводнение
    Входимость: 5. Размер: 60кб.
    50. Встречи с Кустодиевым
    Входимость: 5. Размер: 27кб.

    Примерный текст на первых найденных страницах

    1. Рассказ о самом главном
    Входимость: 29. Размер: 69кб.
    Часть текста: - если бы я умел! - все услыхали бы. Я - нем. Еще мир: зеркало реки, прозрачный - из железа и синего неба - мост, туго выгнувший спину; выстрелы, облака. По ту сторону моста - орловские, советские мужики в глиняных рубахах; по эту сторону - неприятель: пестрые келбуйские мужики. И это я - орловский и келбуйский, я - стреляю в себя, задыхаясь, мчусь через мост, с моста падаю вниз - руки крыльями - кричу... И еще мир. Земля - с сиренью, океанами, Rhopalocera, облаками, выстрелами, неподвижно мчащаяся в синь земля, а навстречу ей, из бесконечностей мчится еще невидимая, темная звезда. Там, на звезде - чуть освещенные красным развалины стен, галерей, машин, три замерзших - тесно друг к другу - трупа, мое голое ледяное тело. И самое главное: чтобы скорее - удар о Землю, грохот, чтобы все это сожглось дотла вместе со мной, и дотла все стены и машины на Земле, и в багровом пламени - новые, огненные я, и потом в белом теплом тумане - еще новые, цветоподобные, тонким стеблем привязанные к новой Земле, а когда созреют эти человечьи цветы... Над Землею - мыслями - облака. Одни - в выси, радостные, легкие, сквозь розовеющие, как летнее девичье платье; другие - внизу, тяжелые, медленные, литые, синие. От них тень быстрым, темным крылом - по воде, по глиняным рубахам, по лицам, по листьям. В тени - отчаянней мечется Rhopalocera головой вправо и влево, и в тени чаще стрельба: солнце не мешает, удобнее целиться. * * * Миры пересеклись, и червь Rhopalocera вошел в мир Куковерова, Талин, мой, ваш - на Духов День (25 мая) в келбуйском лесу. Там - поляна, до краев налитая крепчайшим, зеленым, процеженным сквозь листья солнечным соком; посреди поляны огромный сиреневый куст, ветви согнуты тяжестью цветов; и под кустом, по пояс в земле - каменная баба с желтой тысячелетней улыбкой. Сюда придут сейчас к Куковерову пятеро келбуйских мужиков, чтобы сказать ему, когда они начинают: послезавтра, завтра, может быть -...
    2. Герберт Уэллс
    Входимость: 23. Размер: 86кб.
    Часть текста: Уэллс I. Самые кружевные, самые воздушные готические соборы построены все-таки из камня; самые чудесные, самые нелепые сказки всякой страны - построены все-таки из земли, деревьев, зверей этой страны. В лесных сказках - леший, лохматый и корявый, как сосна, и с гоготом, рожденным из лесного ауканья; в степных - волшебный белый верблюд, летучий, как взвеянный вихрем песок; в полярных - кит-шаман и белый медведь с туловищем из мамонтовой кости. Но представьте себе страну, где единственная плодородная почва - асфальт, и на этой почве густые дебри - только фабричных труб, и стада зверей только одной породы - автомобили, и никакого другого весеннего благоухания - кроме бензина. Эта каменная, асфальтовая, железная, бензинная, механическая страна - называется сегодняшним XX столетия Лондоном, и естественно, тут должны были вырасти свои железные, автомобильные лешие, свои механические, химические сказки. Такие городские сказки есть: они рассказаны Гербертом Уэллсом. Это - его фантастические романы. Город, нынешний огромный, лихорадочно-бегущий, полный рева, гула, жужжанья, пропеллеров, проводов, колес, реклам - этот город у Уэллса всюду. Сегодняшний город с некоронованным его владыкой - механизмом, в виде явной или неявной функции - непременно входит в каждый из фантастических романов Уэллса, в уравнение любого из Уэллсовских мифов, а эти мифы, как мы дальше увидим, именно логические уравнения. С механизма, с машины - начал Уэллс: первый его роман - "Машина времени", и это - сегодняшний городской миф о ковре-самолете, а сказочные племена морлоков и элоев - это, конечно, экстерполированные, доведенные в своих типичных чертах до уродливости, два враждующих класса нынешнего города. "Грядущее" - это сегодняшний город, показанный через чудовищно-увеличивающий, иронический телескоп: тут все несется со сказочной быстротой, машины, машины, машины, аэропланы, турбинные колеса, оглушительные граммофоны, мелькающие огненные рекламы....
    3. Воспоминания о Блоке
    Входимость: 17. Размер: 31кб.
    Часть текста: Очень трудно... И вдруг -- сквозь металл, из-под забрала -- улыбка, совсем детская, голубая: -- А я думал, что вы -- непременно с бородой до сих пор, вроде земского доктора. А вы -- англичанин... московский... Это было мое знакомство с Блоком. Только этот короткий разговор, улыбка, кепка. -- -- -- [До этой встречи, давно -- я любил его. До этой встречи, недавно -- я не любил его: он изменил, казалось, Прекрасной Даме, Дульцинее, он нашел ее в земной Альдонсе, поставил точку. И после этой встречи я понял: изменил на минуту -- только этот в кепке; другой -- настоящий -- верен, и его нельзя не любить.] Три года затем мы все вместе были заперты в стальном снаряде -- и во тьме, в тесноте, со свистом неслись неизвестно куда. В эти предсмертные секунды-годы надо было что-то делать, устраиваться и жить в несущемся снаряде. Смешные в снаряде затеи: "Всемирная Литература", Союз Деятелей Художественного Слова, Союз Писателей, Театр... И все писатели, кто уцелел, в тесноте сталкивались здесь -- рядом Горький и Мережковский, Блок и Куприн, Муйжель и Гумилев, Чуковский и Волынский. Сначала -- жужжащая, густая приемная "Всемирной Литературы" на Невском. И Блок проходит сквозь, и как-то особенно раздельно, твердо -- берет руку -- и слышен каждый слог: "Николай Степанович!" -- "Федор Дмитриевич!" -- "Алексей Максимович!" Горький тогда был влюблен в Блока -- он непременно должен быть на час в кого-нибудь, во что-нибудь влюблен: "Вот -- это человек! Да! Покорнейше прошу!" Блока слушал Горький на заседаниях "Всемирной Литературы" так, как никого. Еще неясно было, что мы заседаем, завинченные в летящий стальной снаряд, или, быть может, еще не устал...
    4. Новая русская проза
    Входимость: 14. Размер: 35кб.
    Часть текста: левейшее: "пролетарские беллетристы". Их нет. Они есть, но нет пока ни одного, какому дано было бы пережить завтра и войти в историю литературы -- хотя бы даже не через парадную дверь. Несмотря на создание специальных инкубаторов, никакой пролетарской литературы высидеть не удалось, и теперь уже не редкость услышать честное признание: "мы напрасно создавали искусственно пролетарскую литературу, организуя пролеткульты, ибо пролеткульты никого и ничего не дали" {Из докладов в Петербургском Совете в 1922 г.}. Они и не могли дать: догма, статика, консонанс -- мешают заболеть искусством, во всяком случае наиболее сложными его формами. Правда, в московской "Кузнице" и "Горне" выковалось несколько несомненных поэтов (Казин, Обрадович, Александровский). Но ведь прав Андрей Белый, когда в одной из своих статей говорит: "Написать... прозой -- труднее, чем стихом. И оттого исторически она появляется несравненно позже поэзии". Это "несравненно позже" -- пока еще очень далеко даже для наиболее культурных групп -- "Кузницы", "Горна" в Москве. Чрезвычайно шумливая компания "космистов", паразитирующих на петербургских газетах, в статьях домашних своих критиков еженедельно угрожает ливнем новых талантов. Но любезные...
    5. О литературе, революции, энтропии и прочем
    Входимость: 14. Размер: 19кб.
    Часть текста: бесконечны. Последняя -- это для детей: детей бесконечность пугает, а необходимо, чтобы дети спали спокойно... Евг. Замятин. Роман "Мы" Спросить вплотную: что такое революция? Ответят луи-каторзно: революция -- это мы; ответят календарно: месяц и число; ответят: по азбуке. Если же от азбуки перейти к складам, то вот: Две мертвых, темных звезды сталкиваются с неслышным, оглушительным грохотом и зажигают новую звезду: это революция. Молекула срывается с своей орбиты и, вторгшись в соседнюю атомическую вселенную, рождает новый химический элемент: это революция. Лобачевский одной книгой раскалывает стены тысячелетнего эвклидова мира, чтобы открыть путь в бесчисленные неэвклидовы пространства: это революция. Революция -- всюду, во всем; она бесконечна, последней революции -- нет, нет последнего числа. Революция социальная -- только одно из бесчисленных чисел: закон революции не социальный, а неизмеримо больше -- космический, универсальный закон (Universum) -- такой же, как закон сохранения энергии, вырождения энергии (энтропии). Когда-нибудь установлена будет...

    © 2000- NIV